00:32 

The First One

parksanii
Роберт/Марко + остальная БВБ
колледж-АУ, R


Марко Ройс получил смс от Роберта Левандовски еще утром.
10.34
«Я дома. Приходи»
Марко не мог дождаться, когда же они уже выедут, хотя компания друзей Матса ему очень понравилась. Марко побыстрее хотелось увидеться с Робертом, чтобы сообщить ему о том разговоре с Бастианом. Не смотря на количество выпитого за вечер, вряд ли хоть кто-нибудь об этом забыл.
10.35
«Еще не дома. Приду. Есть, что рассказать»
10.36
«Что-то произошло?»
10.37
«Нет. Отдыхай. Я скоро буду»
Марко решил, что лучше будет рассказать все лично.
Погруженный в свои мысли Марко, и не заметил, как к нему подошел Бастиан.
- Мы уже отъезжаем. Ничего не забыл? – от пристального взгляда у Ройса пробежали мурашки по коже.
Он замотал головой, но Басти явно хотел другого разговора.
Они отошли подальше от активно собирающих вещи парней и особенно активного Марио, печального от того, что его младший тезка его покидает.
- Я хочу извиниться, Марко, - сходу начал Швайнштайгер, потому как все уже были готовы ехать. – Я не собирался выдавать никаких тайн. Прости.
Марко совсем невесело ему улыбнулся и похлопал по плечу.
- Все нормально, Басти. Рано или поздно об этом все равно узнали бы.
Конечно, лучше бы это было поздно. Марко протянул Бастиану руку, и тот ее пожал, но не отпустил.
- Передай привет Роберту, хорошо? Он был моим хорошим другом.
- Конечно. Думаю, он будет рад.
- Басти? Бастиан Швайнштайгер? – переспросил Роберт, наконец-то отпуская Марко из объятий.
Ройс был жутко рад видеть Роберта, хотя они не виделись всего два дня.
Он кивнул и вкратце рассказал, что Басти оказался другом Матса и что они всей компанией ездили к их еще одному другу.
Роберт внимательно слушал обо всех смешных моментах с поездки, но потом внезапно перебил:
- Что-то случилось? Скажи, я же вижу…
Марко отвел взгляд.
По дороге домой он думал о том, как эта новость повлияет на жизнь Роберта. К счастью, никто об этом не говорил, только Гетце время от времени обеспокоенно поглядывал на друга.
Ройс очень надеялся на адекватность своих друзей и на то, что за пределы их компании эти слухи не выйдут.

- Ничего, - ответил он, встречаясь взглядом с полными тревоги глазами Роберта. – Соскучился.
- За два дня? – Роберт ухмыльнулся, завлекая Марко в новое объятие. Конечно же, он не верил ни единому его слову.
Марко суетливо бросил все вещи и отправился в душ. Марио его не о чем не спросил – он видел, как Ройс отправлял смс-ки. В тот вечер шокирующих признаний ему было очень неловко. Этому Левандовски такие ситуации были явно не впервые, а вот за Марко Гетце волновался. Илкай очень негативно отреагировал, да и Матс явно был в шоке. Марио очень не хотелось, чтобы отношения между друзьями испортились. Он решил, что сейчас все равно бесполезно разговаривать с Ройсом, потому что тот очень быстро выбежал из комнаты, бросив только, чтобы на ночь его не ждали.

- За два дня, - согласился Ройс.
Роберт успокаивающе гладил его по спине. Он тоже соскучился, за мыслями о Марко он не смог толком сосредоточиться на конкурсе. В итоге занял только третье место и даже ни разу об этом не побеспокоился.
- Я провалился на конкурсе, - сообщил он Марко в шею.
Ройс сразу же отлип от него. Он совершенно забыл об этом, так был занят своими переживаниями.
- Ты же так готовился! – неверяще воскликнул Ройс.
Левандовски засмеялся и пожал плечами.
- Ну..что поделать?
Уже ничего.
Марко подался вперед, целуя Роберта в губы. Единственное, что он мог – утешить.
Роберт оценил рвение. Он положил одну руку ему на затылок, сильнее впиваясь в губы и перехватывая инициативу. Марко полностью превратился в ощущение. У него горели щеки от смущения и шея от поцелуев. Роберт легко освободил его от куртки и футболки. У Марко тряслись руки, но он стянул рубашку и с Левандовски, обнажая его подтянутое красивое тело. Марко с восхищением окинул взглядом его грудь и живот, еще больше смущаясь своей худобы и нескладности. Он надавил Роберту на плечи, укладывая того на спину. Леви улыбался, наслаждаясь впечатлением Марко. Тому, впрочем, быстро надоело только смотреть.
У Ройса не было опыта в таких вещах, но Роберт его никуда не торопил. Он позволил Марко набраться смелости к нему прикоснуться. И Марко совсем неуверенно, но вполне настойчиво поглаживал Роберта сквозь домашние мягкие штаны. А потом и без них.
Роберт поощрял его движения тихими стонами. Марко просто водил туда-сюда рукой, а потом решился на более смелый поступок. Он наклонился и провел языком по всей длине. Роберт шумно вдохнул и совершенно нехотя отстранил Марко.
- Не надо, - тихо сказал он.
Марко растерянно на него уставился. Он сделал что-то неправильно?
- Не надо так сильно ради меня стараться, - Роберт провел рукой по щеке Марко.
- Но я…
- Тсс! – Роберт прижал большой палец к его губам, заменяя его потом своими.
Роберту опыта хватало, и он совсем не боялся его применять. Ройс даже не заметил, как оказался в горизонтальном положении. Все, что с ним делал Роберт было совершенно несравнимо с тем, что у Марко было до сих пор. Он прикасался уверенно и умело. И делал невероятно хорошо.
Марко ждал боли, даже готовился к ней морально, но больно почти не было. Роберт тоже не спешил: он улавливал каждую эмоцию Марко, давал ему время привыкнуть, двигался медленно.
Робость и стеснение ушли. Марко стонал уже в голос, сжимая в руках края покрывала. Роберт ускорил темп, доводя их обоих до предела.
Марко особо не задумывался об этом раньше. Его не терзали никакие сомнения или страхи. Он просто слепо отдался чувствам. Особенно сейчас, когда блаженная нега овладела всем телом и руки Роберта сильно прижимали его к себе.
- Роберт…- Марко все-таки должен был все рассказать.
- М? – Левандовски одолевала сонливость, но он почувствовал, как Марко вмиг напрягся.
- Они знают…о тебе.

Марсель Шмельцер видел, что Роберт вернулся, но у него не хватало решимости постучать. Раньше он бы даже не стучал. У него был собственный дубликат ключей от квартиры Роберта.
С появлением Марко Ройса Роберт перестал нуждаться в жилетке для оплакивания своих отношений с Нури. Нури стерся из памяти Леви, унося с собой и Марселя. На Шмелле накатила волна жалости к себе.
Он не пошел к Роберту. Если тот захочет его увидеть, он знает, где Марселя можно найти.
Музыка в наушниках помогала отвлечься. Ветер трепал отросшие волосы Марселя, когда он неспешным шагом направлялся на бензоколонку, на которой работал уже почти два года.
Там его как всегда встретил коллега по имени Сократис и по страшной длинной греческой фамилии, которую Марсель даже не пытался запомнить. Сократис всегда улыбался и выглядел немного угрожающе, но при этом был вполне себе хорошим, добрым парнем, любящим машины и рыбалку. Он не докапывался к Марселю, даже когда тот выглядел так же хреново, как и сейчас.
Утро было ветреным, но ясным. Клиентов почти не было и только ближе к полудню к ним заехал какой-то мужчина на кроссовере Ауди. Марсель, нацепив милую улыбку, пошел его обслуживать.
- Полный бак, пожалуйста, - сказал мужчина.
Марсель услышал, но был не в состоянии пошевелиться. Перед ним стоял человек, лицо которого он мечтал отправить в мусорное ведро. Это было лицо человека, который так долго был для Марселя непреодолимой стеной в отношениях с Робертом. Он потерял свою улыбку. Все, что он смог это неуверенно спросить:
- Нури?...




В этот раз не было из-за чего переживать. В этот раз ничего не стояло на кону, и он не зависел от мнения остальных. Но Марко Ройс смотрел так тревожно, что Роберту Левандовски на миг стало так же страшно, как и два года назад.
Тогда в один миг он стал свободным агентом. Все, что ему сказали это: «Прости, парень. Мы ничего против тебя лично не имеем. Мы просто страхуем себя и остальных». А Роберт не мог на это ничего ответить, потому что они избежали скандала и сделали максимально удобно и для себя, и для него. Он мог бы просто забрать все рекомендательные письма и пробовать себя где-нибудь еще. Он всегда мог вернуться на родину и пойти играть в Лех, его бы там с руками и ногами оторвали. Он мог бы еще много чего, но тогда Роберт думал только об одном – главное, чтобы это не коснулось Нури.
Было странно уходить на совсем. Бастиан, милый парень, с которым они вместе должны были вскоре перебраться в первую команду, подошел и начал расспрашивать куда это Леви подевался с тренировки. Но Роберт не мог выдавить из себя ни слова. Вокруг все было как обычно: шутили, смеялись, давали поджопники мокрыми полотенцами и троллили за промахи на тренировке.
- Леви, все нормально? Ты какой-то бледный. Может врача?
Роберт замотал головой, чувствуя как волнами накатывает отчаяние.
- Все хорошо, Басти. Уже все нормально. Спасибо.
Собравшись, Роберт осмотрелся вокруг пытаясь поверить в то, что он больше не часть этого мира.
- Уходишь? Так быстро? – встревожено переспросил Швайни.
- Да. Обстоятельства, - Роберт постарался улыбнуться. – Пока, Бастиан. Удачи тебе.
Хотелось побыстрее уже уехать и поговорить с Нури.
И спустя два года это желание все еще не исполнилось.
Утром Марко выглядел бодрым и веселым. Ночные страхи прошли с рассветом и Ройс чувствовал только покалывание в пояснице. Роберт поднял его еще в полвосьмого, потому что надо было собираться на занятия. У Марко не было желания мотаться в общагу за вещами, поэтому он разбудил заодно и Марио, с просьбой прихватить за собой и рюкзак Марко. Гетце согласился только после упорных расспрашиваний о здоровье и самочувствии Марко, на которые Ройс максимально вежливо попросил его выключить свое неуместно бурное любопытство.
- С моей задницей все в порядке, могу тебя заверить, - выпалил Марко краснея. – Уймись! До встречи.
- Ты уверен? – переспросил Роберт, когда Марко отложил телефон. – Что все нормально?
Марко кивнул и покраснел еще сильнее.
Роберт, выключив кофеварку, подошел к Марко, когда тот был в процессе натягивания футболки. Сам Роберт еще даже и не начинал одеваться, оставаясь в одних пижамных штанах. Он приблизился к Ройсу и обнял его со спины.
- А вот со мной не все хорошо, - сказал он в шею Марко.
- Чего это? – тихо переспросил Ройс, выворачиваясь.
Он обернулся к Роберту лицом и, встретившись с ним глазами, смутился.
- А ты посмотри.
Марко хотел переспросить куда смотреть, но вскоре понял. На теле Роберта красовалось несколько темных засосов. Марко не было куда больше уже краснеть и смущаться, поэтому он тихо промямлил:
- Прости…



Марио Гетце ждал Марко возле входа в главный корпус. Он притащил ему сумку и сотню подозрительных взглядов.
- Ты с ним спал? – в лоб спросил Гетце.
Они были лучшими друзьями и между ними не должно быть секретов.
- Ты бы еще на весь колледж проорал, - буркнул Марко и стукнул друга под ребра.
Марко немного нервничал ведь ему предстояла встреча с друзьями, и он боялся, что разговор может перейти на тему, которой он не хотел касаться. В идеале ему хотелось, чтобы все сделали вид, что ничего не было. Чтобы Илкай как обычно пересказывал тупые шутки из твиттера, Куба смеялся во весь голос, а Лукаш молча кривил губы в подобии улыбки. Но на деле его ждало испытание из молчаливой паузы, когда Роберт подсел к ним в столовой на большой перемене.
- Вы не против? – спросил он, ставя поднос на стол.
Он чувствовал как атмосфера накалилась, но недовольства никто не выказал, поэтому он, стараясь сохранять спокойствие, сел.
Марко сидел как раз напротив и у него заметно тряслись руки.
- Бастиан Швайнштайгер передавал тебе привет. Помнишь такого? – как и ожидалось, голос Илкая звучал не самым доброжелательным образом.
- Конечно, - невозмутимо ответил Роберт. – Мы некоторое время играли с ним в одной команде. Спасибо. Я рад, что он и меня помнит тоже.
Илкай приготовил еще что-то, но Роберт не дал ему открыть рот:
- Все, что вы слышали от Басти – правда. Я думаю, нет смысла разыгрывать сейчас эту трагедию. Если вам неприятна моя компания - я могу уйти.
Роберт даже встал в подтверждение своих слов, но тут вмешался Якуб.
- Сядь! Я думаю все должны согласится, что личная жизнь - это личная жизнь, и она не должна никого касаться. Правда, Илкай?
Гюндоган скрестил руки на груди и сжал губы в тонкую полоску. Вместо него ответил Матс:
- Я абсолютно согласен с Блащиковски. Роберт, ты наш друг и этого ничто не меняет.
- Спасибо, - тихо отозвался Роберт.
На самом деле ему было плевать на то, что думают остальные. Главной целью было защитить Марко от боли, которую когда-то так остро ощутил он сам.
Два года назад, когда пришлось начинать жизнь заново, Роберт знал, что есть человек, который поможет ему пережить столь неожиданный удар. Нужно было лишь добраться домой и броситься в объятия, а дальше как-то будет. Когда Роберт переступил порог квартиры, в которой прожил последние полтора года он понял, что сюрпризы не закончились. Все было перерыто вверх дном. Нури исчез: исчезла его гитара в углу, все вещи из шкафа, даже зубная щетка. Словно никогда не было.

Два года спустя Роберт был куда сильнее и куда независимее. Он был уверен, что так просто не потеряет ни свои амбиции, ни Марко.





NEW Марсель Шмельцер не собирался никого винить в своих бедах. Тем более человека, сидящего сейчас перед ним.
Когда год назад они встретились с Робертом Левандовски Марсель был на гране отчаяния. Его выгнали из колледжа за плохую посещаемость, никак не удавалось найти полноценный заработок, еще и срок аренды квартиры походил к концу. В то время он больше курил чем ел и всерьез задумывался о том, чтобы спрыгнуть с какой-нибудь крыши.
Была середина августа, скоро должен был начаться новый учебный год и студгородок пополнялся новыми студентами и избавлялся от уже выпустившихся. Марсель тянул до последнего – идти ему было некуда, к тому же в городе цены на жилье были значительно выше. Пока его не выпрут насильно сам он никуда выбираться не собирался.
Он докуривал последнюю имеющуюся сигарету, когда к входу подъехало такси и высадило высокого темноволосого парня, одетого в простую синюю футболку и джинсы. Он не был похож на первокурсника, но Марсель раньше его здесь не видел. Возможно, это был новый молодой преподаватель, которому выделили комнату в их доме.
Вещей у парня было достаточно много, поэтому он озадачено топтался на месте, гадая как бы все это дотащить. Марсель понаблюдал за несколькими провальными попытками собрать все сумки в кучу и решил, что раз уж его жизнь полное дерьмо, то надо бы напоследок сделать доброе дело – может засчитают. Шмельцер просто подошел, подхватил то, что никак не помещалось у парня в руках и спросил куда тащить.
Оказаться соседями по этажу было приятным сюрпризом и новый знакомый – Роберт Левандовски – пригласил Марселя на ужин в качестве благодарности за помощь. Роберт был поляком и говорил с жутким акцентом, но у него был приятный голос и очень красивые глаза. В тот вечер Марсель понял, что ему не обязательно умирать.
Взаимная симпатия была очевидной. Роберту явно не хватало в жизни человека, которому можно было открыться, и он рискнул довериться Марселю. Шмельцер ловил себя на мысли, что засматривается на Роберта, особенно когда он с отсутствующим взглядом снова и снова рассказывает что-то о Нури. Тогда же и появились мысли избавиться от лукавого взгляда с подоконника, держащего Роберта в плену печальных мыслей столь долго.
У Марселя никогда не было опыта гомосексуальных отношений, даже думать о таком не приходилось. Но с появлением Роберта появились и мысли. Левандовски был привлекательным, харизматичным и умным. У него было отличное тело и Марселя снедало делание прикоснуться. В итоге он прикасался к себе, дома, в душе, ощущая отвращение к непривычным мыслям о другом мужчине, одолевающими все сильнее.
Отвлекаться получалось только на работу на заправке, совсем недалеко от студгородка. Не самая престижная должность заправщика и уборщика спасала Шмелле от полного бомжатства и дурных мыслей. Но сопротивляться самому себе получалось недолго.
Ноябрь выдался совсем плохим: влажным, сырым и холодным. Марсель немного пришел в себя, хотя будущее его было все еще туманным. Роберт с головой углубился в какой-то проект, словно собрался заработать все возможные дополнительные баллы, поэтому очень неохотно отвечал на звонки. Впрочем, Марсель уже давно заработал привычку проведывать Левандовски по вечерам и этот стал не исключением. Он ожидал, что застанет Роберта в обнимку с его терминологическими словарями по психологии или какими-нибудь толковыми словарями немецкого языка, но вместо этого застал Роберта полуголого и вспотевшего.
- Занимаюсь, - сказал он, увидев Марселя.
Это было более, чем нормальным объяснением происходящего, но Марсель все равно застыл не в силах отвести взгляд от рельефных мышц живота, над которыми как раз работал Роберт. Желание прикоснуться еще не было настолько сильным, но Марсель изо всех сил старался держаться. Откровение Роберта про свою неудачную личную жизнь не давали Марселю права на что-то претендовать.


Раньше у Марселя было больше уверенности в себе. Но Нури Шахин, в дорогой одежде и с идеальной осанкой заставлял Шмельцера снова почувствовать себя полным неудачником.
- Это нечестною Ты знаешь про меня так много, а я про тебя ничего, - Нури вежливо отхлебнул из чашки растворимого кофе, хотя Марсель был уверен, что он такое отродясь даже не пробовал.
Марсель очень хотел бы разбить ему рожу. За то, что бросил Роберта и за то, что не отпускал его так долго. Но раз Нури Шахин сидел у него на обшарпанной кухне, возможно, стоило бы ему дать шанс. Марсель никогда не любил о себе рассказывать, потому что того человека, которым он когда-то был в родном Магдебурге больше не существовало. Его отец владел нотариальной конторой и их семья жила ни в чем себе не отказывая. Единственным условием для безоблачного существования Марселя была хорошая успеваемость в школе. За это ему прощали ночи вне дома, набеги в клубы и катания по ночному городу на автомобиле. Отец скрипел зубами, но Марсель был одним из лучших учеников школы по успеваемости, поэтому никаких конфликтов не возникало.
Конфликт возник позже, когда отец не принял возражений насчет поступления в юридическую школу. Отец хорошо зарабатывал и Марсель мог бы продолжить его дело. Он уже много лет мечтал о том, что его сын займет его место, женится на соседской девочке Дженни и будет жить спокойной, счастливой жизнью. Но Марсель не стремился ни к покою, ни к размеренности.
- Я поссорился с отцом и он меня даже ударил. Невеликое дело, правда? Но в тот момент я решил, что смогу справится и без его поддержки. Свалил из дому. Ну теперь ты видишь как справляюсь.
Марсель горько усмехнулся, но на самом деле ему не было стыдно ни перед этим человек, ни перед собой. Даже в самые горькие времена он не смел жалеть о содеянном.
- Мы с тобою похожи, - тихо ответил Нури и Марсель хотел уже его перебить и рассмеяться ему в лицо, но Нури продолжил: - нам обоим не повезло с отцами.

Был момент, когда Марсель поверил, что у них с Робертом может что-то получиться. Роберт не поддался на уговоры сестры приехать на Рождество домой в Варшаву, а Марселю особо и не было куда ехать. Это уже было такое второе его Рождество, и он начинал привыкать. Он специально вышел на работу, чтобы остальные могли отдыхать с семьями. К вечеру клиентов почти не было и Марсель уныло протирал стекла витрин. На улице пролетал снежок, но на земле не задерживался, смешиваясь с грязью под колесами автомобилей, мчащихся по 41 трассе.
Дверь магазина приоткрылась, хотя никто к заправочным колонам не подъезжал. Марсель сначала подумал, что это Юлиан, молоденький паренек, дежурящий сегодня на улице, снова пришел хлебнуть горячего шоколада, но это был не он.
- Жаль, мне нечего заправить, кроме своего желудка, - сказал зашедший и улыбнулся.
Марсель расплылся в улыбке в ответ. Вот уж кого не ожидал увидеть так это Роберта Левандовски, с красными от мороза щеками.
Они купили в супермаркете китайское безобразие, напоминающее елку и украсили ее разноцветными канцелярскими стикерами. Верхушку сделали из бумажного стаканчика и были собой довольны. Марсель чувствовал себя счастливым, греясь о теплый бок Роберта и распивая им же приготовленный глинтвейн. Это было почти как в семейном кругу – уютно и по-домашнему.
- Загадаешь желание, Роберт?
Марсель слегка опьянел от теплого вина и язык ощутимо запутывался. Они сидели на полу и ничего не мешало Марселю протянуть ладонь и прикоснуться к лицу Роберта.
- Я вот уже загадал. Позволишь исполнить?
Роберт ответил на поцелуй незамедлительно, притянул Шмелле ближе за затылок, а потом подмял под себя. Марсель очень хотел этого, представлял, но в реальности было страшновато. Когда Роберт стянул с него кофту, он мигом протрезвел. Сердце билось очень быстро, но Левандовски успокаивающе гладил его по выступающим ребрам и целовал в шею.
- Шмелле…, - Роберт почти шепотом позвал его. – Марсель, посмотри на меня.
Шмельцер посмотрел и понял, что ему нечего бояться.
В тот момент Марсель Шмельцер действительно думал о том, что у них могло бы что-нибудь получиться. Но утром Роберт стоял у окна и сжимал в руках портрет Нури. По его щекам текли слезы.
- Левандовски настоящая сволочь. Он проверил свои чувства к тебе на мне.
Марсель говорил это совсем равнодушно, с удовольствием отмечая какую боль приносит Шахину своими словами. Это была месть, и Марсель заслуживал хотя бы на это.
- Я тебе не бью рожу только потому, что есть кое-кто другой, кто сделает это за меня. Впрочем, мы с Робертом потом неплохо проводили вместе время. Я сделал вид, что ничего не видел тогда, после Рождества. Я чувствовал себя использованным, хотя думал, что еще ниже опускаться некуда. Он пытался проявлять заботу, но каждый раз я вспоминал, как он рыдает над твоей фоткой, и не верил ни одному его слову. Вот такая история.
Нури слушал и молчал. Во всем был виноват только он.
- Прости, - он извинялся совершенно искренне.
- Оу, парень. Оставь эти сцены страдания Леви и его новому дружку. У них там, кажется, все серьезно. Поэтому иди к ним, и расскажи уже все. как было.
Марсель пытался быть сволочью, с Робертом, теперь с Нури, но у него было слишком большое сердце, поэтому он потрепал Нури по плечу и пожелал удачи.

запись создана: 19.02.2014 в 23:16

@темы: футбольная тема, типо-арт, Роберт, BVB

URL
Комментарии
2014-07-04 в 14:48 

Lojirou
Ошеломительно потрясающее ничего и куча хлама~
Няшшш, ты ж мой няш! Ты пишешь дальше, я тебя - :kiss:

2014-07-04 в 20:47 

parksanii
Lojirou, мур) не брошу я их) добью до конца) вопрос когда екекек

URL
   

OnceAgain

главная